Когда я был маленький, о поляках знал только из семейной легенды про моего двоюродного дядю.
У них в доме была домработница, звали ее Полька (видимо Полина).
В один прекрасный день приходит мой дядя к своим родителям и говорит, что женится. Они естественно спрашивают, кто она.
Мой дядя, не моргнув и глазом, говорит: полька.
Удивленные родители восклицают: но она же староверка.

Уже намного позже я разобрался, что поляков вокруг меня примерно столько же, как и староверов. А близких друзей может быть даже и больше.
Однако, я не могу сказать, что понимаю этот народ. Я бывал несколько раз в Польше в начале 90ых. Осталось впечатление о суровых поляках с хитрецой в глазах.

Я люблю польское кино. Оно все для меня символизирует безудержное веселье и жизнь сегодняшним днем. Символом польского кино для меня навсегда останется “Ва-банк“, а символом польской души – “Все цета…“.

До недавнего времени я ничего не знал о польской литературе, но символом этой самой литературы для меня останется Марек Хласко.
Он правильно поступил, когда покончил с собой. Потому что после его книг хочется сразу же найти его шею и задушить своими же руками. Но не смотря на это, когда отпускает гнев, хочется читать его снова и больше.