Подсадили ребенка на творчество Корнея Чуковского.
Его стихи зарекомендовали себя как универсальное усыпительное средство. Ребенок даже ни разу до конца стихотворения не добирался.
Пока думал написать этот пост, выяснил для себя (не без удивления) о еврейских корнях Чуковского. Таки да – “по папа” (Ц).
Там и без сионистов не обошлось как всегда.
В литературу Чуковского ввёл журналист Владимир (Зеэв) Жаботинский

Но не об этом я хоте написать. А хотел написать про творчество. В данном случае про “Крокодила“.
Эта поэма восхваляет питерских скинхедов и порицает разнузданное поведение иммигрантов из стран третьего мира.
Сначала Крокодил эпатирует публику своим нестандартным поведением:
Он по улицам ходил,
Папиросы курил.
По-турецки говорил


Оглянулся Крокодил
И барбоса проглотил.
Проглотил его вместе с ошейником.

Потом в ответ на вполне разумные претензии от служб надзора за порядком ведет себя прямо таки агрессивно.
Подбежал городовой:
– Что за шум? Что за вой?
Как ты смеешь тут ходить,
По-турецки говорить?
Крокодилам тут гулять воспрещается.

Усмехнулся Крокодил
И беднягу проглотил,
Проглотил с сапогами и шашкою.

Тут появляется истинный патриот и бесстрашный герой Ваня Васильчиков.
Он боец,
Молодец,
Он герой
Удалой:
Он без няни гуляет по улицам

Ну и как результат Крокодил повержен и бежал:
Он вскочил в аэроплан,
Полетел, как ураган,
И ни разу назад не оглядывался,
И домчался стрелой
До сторонки родной,
На которой написано: “Африка”.

Прыгнул в Нил
Крокодил,
Прямо в ил
Угодил,
Там ему и место. Пускай живет в свое Африке.
Кстати сказать, Крокодил – очевидно гастарбайтер, потому как жену с детьми оставил дома в Африке, а сам поехал в Петербург, деньги зашибать.
Там понятное дело он наврал стрикороба про жизнь зверей в зоологическом саду. Мол кровавыйпутинскийрежим гнобит наших братьев в неволи.
Ощетинились зверюги и, оскалившись, кричат:
– Так веди нас за собою на проклятый Зоосад,
Где в неволе наши братья за решётками сидят!
Мы решётки поломаем, мы оковы разобьём,
И несчастных наших братьев из неволи мы спасём.
А злодеев забодаем, искусаем, загрызём!

Через болота и пески
Идут звериные полки,
Их воевода впереди,
Скрестивши руки на груди.
Они идут на Петроград,
Они сожрать его хотят,
И всех людей,
И всех детей
Они без жалости съедят.
О бедный, бедный Петроград!

Потом ваще беспредел полный начинается.
Чего стоит только история бедной Лялечки:
Дикая Горилла
Лялю утащила
И по тротуару
Побежала вскачь.

Выше, выше, выше,
Вот она на крыше.
На седьмом этаже
Прыгает, как мяч.

На трубу вспорхнула,
Сажи зачерпнула,
Вымазала Лялю,
Села на карниз.

Села, задремала,
Лялю покачала
И с ужасным криком
Кинулася вниз.

В целом все закончилось хорошо – настал мир во всем мире. Все такие дружные стали и мирные. Короче, очередная мессианская религия.

А вот если на все это дело посмотреть несколько по-другому, то мы увидим, что звери африканские – это пролетариат и крестьянство, угнетаемое царским режимом. Ваня Васильчиков – прототип царя, потому как Василий – Базилевс – Царь (да и сам автор считал его героем из буржуазного дома – чего стоит наличие няни у Вани?!). Он сначала подавляет народные волнения (видимо события 1905 года), а потом после массового восстания (видимо 1917 год) находит консенсус по ключевым вопросам и активно укрепляет вертикаль власти, дав некоторую свободу угнетенным. Сказка к слову сказать написана в 1916-17 годах.